Я долго думал, стоит ли писать этот пост, мне сейчас не с руки создавать себе врагов, тем более высокопоставленных. Но не удержусь, больно уж слатенько всё слиплося.
Разговор пойдет о депутате Верховной Рады Олесе Донии, главе творческого объединения Последняя Баррикада, которое успешно боролось против «Комиссии по морали» устраивая акции протеста в закрытых форматах.
Почему-то прогрессивная общественность ожидала, что Доний вытащит меня из застенков своим депутатским поручительством, посадит на тачанку и повезет в Гуляйполе, где под его чутким руководством украинский бомонд обмазывает голых женщин краской.
Разумеется, никакой помощи не было.
Пятого ноября, как раз в тот день, когда меня поместили в СИЗО, прогрессивный депутат дал интервью, в котором высказался о сексуальной природе человека, мягко пожурил мою акцию за непонимание позиции консервативного большинства и изъявил уверенность, что «суд отнесется ко мне со снисхождением». На этом участие Олеся Дония в моей судьбе заканчивается, при том, что СМИ трубили о его поддержке. Полтора месяца я сидел в тюрьме, и всё это время адвокаты народного избранника не могли договориться с правозащитниками по поводу поручительства. Им были нужны гарантии того, что я не сбегу. Тот очевидный факт, что я невиновен, что я настаиваю на оправдании и не планирую пребывать в розыске до конца жизни, их не убедил. Кстати, очень показательно то, что вопрос решался не с депутатом лично, а с его адвокатами. Не снизошёл народный избранник. Дать интервью и продемонстрировать широту взглядов — это пожалуйста, а вот скользкими вопросами пусть лучше занимаются юристы. Негоже соратнику Юрия Луценко руки марать.
Пока я сидел в тюрьме, «Последняя Баррикада» решала важные и насущные проблемы: избирала поэта Полежаку в президенты, занималась патриотическим воспитанием молодёжи, а так же продавала футболочки с прикольными надписями.
Лично я ничего другого и не ожидал, но некоторые люди удивляются. Так что поясняю.
Дело в том, что Олесь Доний — симулякр. Он призван изображать прогрессивного политика, покровителя искусств, свободолюбца облеченного властью. Но это — маска за которой нет лица. Доний, со всей показной любовью к порнографии — плоть от плоти консервативного большинства. Ханжество и пошлость неразделимы, они порождают и питают друг друга. Доний и Костицкий — это уроборос, причём лично я не могу определить где у него голова, а где хвост.
Одним из наиболее известных достижений Последней Баррикады является «День независимости с Махно». Если кто-то вдруг не знает, это такое мероприятие, на котором богемка, немного разбавленная пьяными и подобревшими неонацистами играется в анархистов. Представьте себе, что республиканская партия в США проводит мероприятие в честь Че Гевары, наподобие «Команданте Че против международного терроризма!»
То, что происходит каждый август в Гуляйполе — не лучше. Это не профанация идеи, это её извращение. Чёрная месса, под видом праздничного богослужения.
Справедливости ради надо заметить, что с Баррикадой подчас сотрудничают весьма хорошие люди.
Но это не отменяет того, что Реакция, рядящаяся в прогрессивные одежды, омерзительна. Консерватор, окруживший себя обнаженными женщинами, не становится революционером.
Доний наглядно это продемонстрировал.
